Главная
Год 2015
Год 2016
Год 2017
Год 2018
Карта сайта
Гостевая книга
Алименты

 

Январь 2018 г.
Февраль 2018 г.
Март 2018 г.
Апрель 2018 г.
Май 2018 г.
Июнь 2018 г.
Июль 2018 г.
Август 2018 г.
Сентябрь 2018 г.
Октябрь 2018 г.
Ноябрь 2018 г.

 

01 октября 2018 г.
02 октября 2018 г.
03 октября 2018 г.
04 октября 2018 г.
05 октября 2018 г.
06 октября 2018 г.
07 октября 2018 г.
08 октября 2018 г.
09 октября 2018 г.
10 октября 2018 г.
11 октября 2018 г.
12 октября 2018 г.
13 октября 2018 г.
14 октября 2018 г.
15 октября 2018 г.
16 октября 2018 г.
17 октября 2018 г.
18 октября 2018 г.
19 октября 2018 г.
20 октября 2018 г.
21 октября 2018 г.
22 октября 2018 г.
23 октября 2018 г.
24 октября 2018 г.
25 октября 2018 г.
26 октября 2018 г.
27 октября 2018 г.
28 октября 2018 г.
29 октября 2018 г.
30 октября 2018 г.
31 октября 2018 г.

 

27 октября 2018 г.

Криминальная психология, преступные типы - С.В. Познышев. Глава 3 - признаки преступных типов. Дополнительные признаки преступного типа. Признаки вырождения преступника.

Источник: http://interesno.cc

Дополнительные признаки преступного типа.

Из дополнительных признаков преступного типа важно отмечать в характеристиках:

Степень умственной одаренности и развития преступника, в частности, степень его образования, степень усвоения им знаний, наличность или отсутствие у него умственных интересов, любовь или нелюбовь к чтению, преобладание у него интереса к книгам определенного содержания.
Наличность или отсутствие у преступника профессиональной подготовки и интереса к какому-либо виду труда, перерывы в его трудовой жизни, занятие во время совершения преступления и в непосредственно предшествующий период, общий склад его характера, преобладание в характере известных наклонностей.
Отношение преступника к наркотикам, в частности, к кокаину и алкоголю, с указанием на отношение к этим ядам родителей и вообще предков преступника. Алкогольную наследственность приходится встречать у громадного большинства преступников. Я не могу здесь подробно останавливаться на очень важном участии наркотиков в происхождении многих преступлений, — особенно насильственных, — надеясь посвятить этому специальную работу, отмечу только вкратце главные формы этого участия: подавление критики и задерживающих импульсов у наркомана, приведение его в состояние возбуждения, в состояние особой податливости внушению и взрывчатых, аффективных волевых решений, передачу потомству черт интеллектуальной, нервной и волевой слабости, особенной аффективное и предрасположенности к нервным и психическим заболеваниям; физическую и психическую дегенерацию.
Если преступник страдает определенным нервным расстройством, последнее необходимо отметить, а также нервное и психическое расстройство предков преступника.

Признаки и степень вырождения преступника.

На выяснении понятия вырождения необходимо ненадолго остановиться.

В 50-х годах XIX столетия французский психиатр Морель первый развил учение о вырождении. Этому понятию он придавал очень широкое значение, разумея под ним болезненное отклонение от первоначального нормального типа, обусловленное в большинстве случаев неблагоприятными наследственными влияниями. При таком широком понимании всякое душевное заболевание подходило под это понятие и, действительно, включалось Морелем в область вырождения, причем он различал вырождение наследственное и приобретенное.

Понятие «вырождение» быстро завоевало себе право граждан в научной литературе и заняло видное место, между прочим, в исследованиях, посвященных преступности и преступникам, в частности, в учениях антропологической школы Ломброзо. Исследование внешних признаков, которые указывались как признаки дегенерации, быстро возрастало и стало громадно. «Понятие «признак дегенерации» так расширилось, — писал проф. 3оммер еще в 1901 году, — оно включает в себя такие разнообразные состояния, что в настоящее время, наверное, не существует ни одного человека, который, на основании этого понятия, не был бы назван дегенератом». «Как вся литература, так и вся наука наводнены этим понятием». При этом, «во всей психиатрии,— говорит д-р Шоломович, — нельзя найти отдела, в котором субъективные впечатления играли бы большую роль, чем в отделе физических признаков вырождения»...

Не останавливаясь на перечне признаков вырождения, в число которых заносят чуть не все неправильности различных частей нашего тела, в частности, неправильности черепа, головы, лица, частей туловища, конечностей, половых органов и т. д., замечу только, то все эти внешние признаки вырождения, — и порознь, и группами, — нередко встречаются и у преступников, и у людей, не совершавших никаких преступлений, и душевнобольных, и у здоровых. Доктор Шоломович, например, нашел, что лишь 7% исследованных им здоровых людей не было физических признаков дегенерации, а у 93% — они были в числе от одного до пяти. Нахождение таких признаков у преступника само по себе нечего еще не говорит о нем как о носителе известного криминального типа. Ни за одним из этих признаков и ни за одной комбинацией их нельзя признать значения специфических черт преступников. Попытка антропологической школы видеть в этих признаках характерные черты прирожденных преступников потерпела решительную неудачу. Для криминалиста-психолога наличность у преступника подобных признаков имеет одно значение: оно является для него сигналом, заставляющим быть особенно настороже и с особым вниманием и тщательностью отнестись к разным сторонам психической жизни данного субъекта, чтобы выяснить, не вырисовываются ли у него черты известного криминального типа на общем фоне психической дегенерации. Внешние дегенеративные признаки важны для него, лишь, поскольку у носителя их наблюдается и психическая дегенерация, но этого может и не быть; при наличности признаков физической дегенерации человек может быть нормален в психическом отношении. «Существует, — говорит проф. 3оммер, — целый ряд людей, органы которых обнаруживают высшую степень дегенерации, а мозговая жизнь нормальна, и наоборот: существуют морфологически совершенно нормальные люди, обнаруживающие эндогенные психозы».

Вырождение (дегенерация)
Вырождение или дегенерация вообще есть состояние прогрессирующего упадка, такого отклонения организации от нормального типа, при котором отправление той или иной функции, свойственной нормальному индивидууму, понижается, становится все более затруднительным или даже совсем невозможным. Признаки этого состояния регресса очень многочисленны и разнообразны. Иногда оно поражает всего индивидуума в его целом и находит себе то или иное выражение во всех сферах его психической и физической организации; иногда же распространение его ограничивается каким-либо одним или несколькими органами, одной или немногими сторонами жизни индивидуума. В последнем случае индивидуум является носителем отдельных, рассеянных по разным сферам его организации признаков дегенерации, нередко выраженных довольно бледно и не влияющих сколько-нибудь значительно на его психическую деятельность. Субъекта, у которого физические признаки вырождения накопились в таком числе, что у него понижено, затруднено или прекратилось совсем отправление известных функций организма, без резко выраженных отклонений психической конституции от нормы, можно назвать физическим дегенератом. При наличности у субъекта разрозненных признаков физической дегенерации или при отсутствии таковых, но при более или менее значительной пониженное, затрудненности или прекращении у него свойственных людям психических функций мы имеем перед собой в более или менее ярком ее выражении психическую дегенерацию. Если субъект является носителем дегенеративной физической и психической конституции, мы можем считать его полным дегенератом.

В психической жизни человека дегенерация находит себе выражение в трех главных состояниях:

в таком недоразвитии, при котором психическая жизнь, так сказать, едва брезжит, как это мы наблюдаем у идиотов;
в некоторых формах болезненного душевного расстройства
в особых аномалиях характера, при которых нравственные комплексы, задерживающие и регулирующие проявление чувственных влечений, вполне или частью исчезают из характера.
Нередки случаи, когда признаки указанных форм психического вырождения у одного и того же индивидуума разнообразно переплетаются друг с другом, когда с чертами более или менее глубокого умственного недоразвития или расстройства соединяются и признаки нравственного вырождения. Но бывают и случаи, когда моральная дегенерация выступает как отдельное, самостоятельное явление, не связанное с болезненным поражением мышления. Таким образом, можно говорить о последней как об особой форме психической дегенерации, которая может быть связана с умственным недоразвитием или с душевной болезнью, но может и не быть связана с ними. Носители ее в то же время могут иметь или не иметь заметные признаки физической дегенерации, причем последние могут быть у них в большем или меньшем числе. Сущность моральной дегенерации состоит в распаде, в полном или частичном отсутствии или исчезновении общих членам данного общества нравственных комплексов, с которыми связаны задерживающие нравственные импульсы. Под влиянием жизненного опыта и постоянного общения с другими людьми у индивида вырабатываются более или менее прочные и постоянные сочетания общих представлений известного рода поступков с определенными чувствами и с импульсами к совершению этих поступков или к воздержанию от них. Эти комплексы играют чрезвычайно важную роль в психической жизни; они принадлежат к числу тех сил, которые руководят оценкой окружающего и выработкой решений, воплощающихся во внешнем поведении человека. Как скоро у человека возникает представление или восприятие того, что подводится под содержащиеся в этих комплексах общие представления, ассимилируется с ними, так на данное представление или восприятие переносятся связанные с этими общими представлениями в один комплекс чувства и влечения. У нас есть, например, общие представления о справедливости и о поступках, ее нарушающих, общие представления известных видов честного и бесчестного поведения, разных форм благожелательных, любовных или, наоборот, насильственных действий и т. д. С одним из этих представлений прочно ассоциированы чувства истины, одобрения, долга, а с другими - чувства отвращения, негодования, гнева и соответствующие этим чувствам положительные или отрицательные импульсы, т.е. импульсы к совершению чего-либо или к воздержанию от известного поведения.
Моральные комплексы, о которых идет речь, слагаются у человека незаметно для него самого, без сознательных усилий с его стороны, без особого обсуждения и размышления и образуют тот нравственный остов, который мы особенно ценим в человеке. Образование, чтение и размышление углубляют и расширяют обыкновенно эти нравственные устои, подкрепляют их сознательными, более или менее продуманными взглядами, опираясь на которые, индивид с большей или меньшей диалектической ловкостью может защищать их от разных возражений и сомнений. Но и у человека необразованного или малообразованного, без всяких сознательных усилий с его стороны, под влиянием общения его с другими людьми, заставляющего звучать в нем то те, то иные чувства, эти комплексы накапливаются обыкновенно в числе, достаточном для того, чтобы этот человек в своем поведении не выходил за пределы того, что считается дозволенным в данном обществе, по крайней мере, стремился не нарушать этих пределов. В своем поведении люди не так часто следуют обдуманным выводам, как, так называемым, «инстинктивным влечениям», тем импульсам, которые возникают у них непосредственно под впечатлением тех или иных обстоятельств; рассуждение, с взвешиванием разных «за» и «против», часто приходит уже после, чтобы проверить, подкрепить, или задержать «инстинктивное влечение» к поступку. Эти «инстинктивные влечения» в значительной своей части имеют своим источником те нравственные комплексы, о которых шла речь выше. Нравственное вырождение состоит в распаде, оскудении, полном или частичном исчезновении этих комплексов. Выражением его служит нравственная нечувствительность, распространяющаяся на всю моральную сферу или на известные ее области. При таком состоянии у человека нет того, что называют чувством справедливости, чувством долга, нравственным, социальным чувством, чувством сострадания и благожелательности и т. д. Те психические комплексы, благодаря которым мы стремимся помогать другим людям, ограничиваем себя ради них, сочувствуем им и, до известной степени, переживаем их несчастья как свои собственные и т. д., — как бы выпали из психической конституции людей, отмеченных печатью нравственного вырождения. Эти люди — нравственно нечувствительны, безучастны ко всему в мире, кроме требований своей животной природы. Они — не просто эгоисты или малоразвитые в нравственном отношении люди, а носители исключительного морального оскудения, болезненно одностороннего, патологического, с моральной стороны, характера. Лишь иногда и у некоторых из них можно подметить следы зародышевых альтруистических чувств, и то лишь в отношении людей, к которым они стоят в особо близких отношениях, — к родителям, детям, сожителям и сожительницам и т.п.

Отсутствие или необычайная слабость нравственных эмоций сопровождается у моральных дегенератов обыкновенно чувственным эгоцентризмом, т.е. таким состоянием личности, при котором выше всего для нее становится удовлетворение потребностей ее тела и внутри самой личности не остается никакого сдерживающего чувственные влечения начала, кроме боязни физических страданий, нередко связанных с необузданным удовлетворением чувственных потребностей. На почве такого склада психики иногда развиваются разные извращенные стремления и наклонности, как в виде извращения полового чувства, так и в виде ненормального влечения к причинению зла ради самого зла. В своей книге «Вырождение» Макс Нордау приводит один яркий пример такого извращенного влечения ко злу. Осенью 1884 года в одной швейцарской тюрьме умерла некая Мария Жанре, совершившая массу убийств. «Получив хорошее воспитание, она посвятила себя уходу за больными; но ее влекла к этому не любовь к ближним, а стремление удовлетворять безумную жажду гнусных желаний». «Крики, страдания, стоны и судороги больных доставляли ей невыразимое наслаждение». «На коленях, со слезами на глазах, умоляла она врачей разрешить ей присутствовать при самых тяжелых операциях». «Предсмертная агония вызывала в ней чувство восторга». «Под предлогом болезни глаз, она приходила за советами к докторам и похищала у них разные яды». «Первою жертвою была ее подруга; за нею последовали другие, и врачи даже не догадывались в чем дело, так как она постоянно меняла приюты и пользовалась хорошей репутацией как опытная сиделка». «Неудачное покушение в Вене раскрыло следы злодеяния; она отравила, как оказалось, не менее 9 человек и не испытывала при этом ни чувства раскаяния, ни стыда». «В тюрьме она страстно желала только одного — тяжело заболеть, чтобы видеть собственные судороги в зеркале и наслаждаться ими». Конечно, такие, явно патологические, случаи составляют редкое исключение, но не в такой сильной и редкой форме удовольствие от причинения страданий нередко испытывается моральными дегенератами. Если лицу с печатью моральной дегенерации присуще легковозбудимое злобное чувство, то этот элемент активной, ищущей удовлетворения злобы может легко послужить сильным предрасположением к тяжким насильственным формам преступности и источником своеобразного наслаждения от выполняемых над другими людьми насилий. Часто эти черты психики бывают связаны с душевной или нервной болезнью, особенно с эпилепсией, но могут сложиться и самостоятельно у человека, не страдающего этими болезнями. Если на фоне моральной дегенерации сложится наклонность к хищническому, нетрудовому приобретению имущества, то носитель подобной психики окажется сильно предрасположенным к тем или иным формам воровства и очень легко и быстро может попасть в ряды профессиональных воров. Сочетание, на почве нравственного вырождения, наклонностей к насильственной преступности и к хищническому приобретению имущества легко может поставить человека в ряды наиболее жестоких и опасных бандитов.

Нередко моральных дегенератов называют «нравственно помешанными», но этот термин представляет то неудобство, что слишком сближает их с душевнобольными и всех их вводит в бесконечную массу больных людей. Но от «помешанных» лица, отмеченные одним моральным вырождением, отличаются тем, что у них не наблюдается болезненного нарушения логических процессов суждения и умозаключения: «нередко, говорит проф. Корсаков, такие индивидуумы, несмотря на нравственное убожество, бывают довольно смышлены». Некоторые из них отличаются довольно значительной образованностью и диалектической ловкостью, благодаря которой иногда выдумывают довольно интересные объяснения и мотивировки своих безобразных и жестоких поступков: они ссылаются, например, на наследственность, на борьбу за существование, на Дарвина, на Ницше и Достоевского и т.п. Конечно, в кривой логике их рассуждений нельзя не заметить серьезных дефектов, но не такого рода, чтобы их можно было назвать помешанными. Чаще, однако, мы находим у моральных дегенератов почти полное отсутствие образования, недалекость и умственную туповатость, но в этом отношении они ничем существенно не отличаются от бестолковых и недалеких людей, не отмеченных печатью моральной дегенерации.

Иногда моральных дегенератов называют «моральными идиотами». Для такого названия есть известное основание. Однако моральными идиотами могут быть названы не все моральные дегенераты, а лишь некоторые, именно те, у которых это состояние выражено особенно ярко и полно. Моральные идиоты - это люди с полной атрофией нравственных эмоций (уважения к личности, чувства человеческого достоинства и т. д.) и связанных с ними нравственных склонностей, совершенно отупевшие нравственно.



Автор подчеркивает, что существует определенная взаимосвязь между логикой и нравственным вырождением. т.е. нравственные уроды нечувствительны к своим же алогизмам.




Также на тему "Ликвидация правовой безграмотности."



 
 

Лопатин Владимир Владимирович

Тел.: +7 (982) 6259734    simbioz2004@bk.ru
skype: vlopatinv   fb: Владимир Лопатин
Instagram: lopatinwladimir