Лопатин В.В.

21 апреля 2019 г.

Назад • Вверх • Далее

"Я же там прописан, я его сам строил".


Александру Суздалову 56 лет и он пенсионер. Несколько лет назад у него была семья — жена, две дочки и коттедж в Реже, который он построил сам. Дом строил большим — 250 квадратов, в надежде, что в старости будет жить там вместе с детьми и внуками. Сейчас он в разводе, его семья с ним не общается и дома у него нет.

В 2006 году он поссорился со своей женой Людмилой и переписал коттедж на младшую дочку, чтобы жена не отсудила дом при разводе. Он оформил дарственную на дочь, где говорилось, что он имеет право пользоваться этим домом. Но ссоры в семье утихли, и пара прожила в браке до 2014 года и потом, после 28 лет брака, всё-таки развелась. Тогда выяснилось, что в 2008 году дочка переписала коттедж на маму (Александр говорит, что не знал об этом). Супруга через несколько лет продала дом, в дополнение к коттеджу шёл её бывший муж.

— Бывшая супруга подала на меня в суд в 2017 году, как будто я утратил право пользования, — рассказал Александр. — А в дарственной у меня написано, что я могу проживать в доме до смерти и пользоваться всем без ограничения. В феврале 2017 года режевской суд признал, что я должен выехать в течение 10 дней без предоставления жилья. Я подал апелляционную жалобу, и в апреле областной суд отменил это решение режевского суда. То есть, как и было сказано, я проживаю в этом доме до смерти и пользуюсь всем.
Свои вещи жена вывезла в 2014 году, и Александр несколько лет жил один. Потом встретил женщину — женился и жил в коттедже вместе с ней. В 2017 году в дом заехали новые собственники — семья, которой бывшая жена продала коттедж.

— В июне 2017 года уже после апелляции я пришёл домой и не смог открыть дверь — она была закрыта изнутри. Пока я был в командировке несколько дней — я работал дальнобойщиком, у меня было ИП, дом продали. Новые хозяева — Поповы, знали, что покупают дом с обременением, но они меня не пускали. Как так? Я же там прописан, я сам строил, — рассказал Александр.

По словам Александра, новые владельцы продали его имущество — телевизоры, камин, киоски, которые стояли в огороде. Александр пытался отсудить свои деньги обратно, но у него не получилось.

— Семья Поповых потом продала дом, и перед Новым годом — в конце 2018, в дом заехал новый собственник — уже второй, это семья Швецовых. Какое-то время мы жили нормально, а сейчас и они меня не пускают. Я в январе вернулся после дня рождения чуть выпивший, но я не буйный, и меня не пустили — сказали, что я представляю угрозу. Сейчас я живу то у одного друга, то у другого, общагу снимаю. Я не могу правду найти — не могу доказать, что Попов украл мои вещи и продал на 404 тысячи рублей, и со второй семьёй не могу доказать, что я могу здесь жить (дозвониться до Попова и узнать, почему так вышло, у нас не получилось. Мужчина не берёт трубку. — Прим. ред.)

Собственник коттеджа Артём Швецов живёт в доме со своими родителями рассказал, что Александр Суздалов представляет угрозу.

— У нас идут судебные разбирательства, мы сами разберёмся между собой, — рассказал Артём Швецов. — Сейчас мы через суд пытаемся разрешить ситуацию по поводу его права жить [в этом коттедже]. Когда он выпивает, он чудит очень, он несёт угрозу моей семье, а мне крови не надо. Есть определённые нарушения с его стороны, они засняты и отданы в суд.

Что именно сделал Суздалов, Артём Швецов объяснять не стал и сказал, что во всём разберётся суд.

— Швецов сейчас спрашивает, сколько денег мне надо, чтобы я съехал, — добавил Александр. — Я ему сказал, чтобы построить коттедж я продал квартиру, которая от отца осталась, продал сад, гараж, поэтому стоимость вышла 1,5 миллиона рублей.

У бывшей супруги Александра Людмилы другой взгляд на ситуацию, истории мужа и жены очень различаются.

— У него были постоянные пьянки и гулянки, я ушла от него в 2014 году, он буйный очень, в милицию мне стыдно было всегда обращаться. Когда ушла, то сразу же предложила: «давай разводиться по-хорошему», но он не согласился, — рассказала Е1.RU Людмила. — Я ему предлагала совместные продажи, в 2014 году можно было удачно продать и купить по квартире себе. У меня несколько раз приходили покупатели — он просто трубку не брал. Потом у меня был вариант размена на два дома на этой же улице — можно было взять два благоустроенных дома, но он не согласился. Я выждала три года и потом подала в суд на устранение препятствий, чтобы забрать ключи.

Людмила рассказала, что этот коттедж они с Александром подарили дочери вместе. Потом подарили двухкомнатную квартиру, а дом, через договор дарения, вернули себе.

— Он не мог записать дом на себя, потому что у него были проблемы с налоговой, у него было ИП, и дом был записан на меня, — добавила Людмила. — У него в этом доме было право пользования, потому что в первом договоре дарения было написано, что ему предоставляется право пользования и сроки там не обговаривались. У него нет ни доли, ни прав в этом доме. В итоге за мизерную стоимость я продала этот дом Поповым, потому что там был он.

Юристы, глядя на это дело, делают не очень благоприятные прогнозы для Александра Суздалова.

— Вообще, с моей точки зрения, облсуд, когда рассматривал дело в апреле 2017 года, был категорически не прав, фактически выдумав некое новое право проживания Суздалова в доме, при этом не указал, ни что это за право, ни какие условия его существования. А сам Александр Суздалов уже затем додумал, что оно пожизненное и не зависит ни от каких переходов права собственности на дом к другим лицам, — рассказал Е1.RU юрист компании «Интеллект-С» Александр Латыев. — Вообще, для таких прав специально создали реестр прав на недвижимость, чего в нем нет — тех прав не существует — это общее правило, из которого, правда, есть исключения, и их немало, но они устанавливаются законом или судебной практикой, но как минимум на уровне Верховного суда РФ, а уж никак не областного. Судьи облсуда, пожалев бывшего собственника, пренебрегли этим одним из основных принципов оборота недвижимости, и сами создали те проблемы, которые сейчас снова к ним же и возвращаются — в виде новых процессов.

Юрист Александр Латыев объяснил, что в тот момент — пока дом еще находился в собственности бывшей жены — можно было написать решение, которым корректно был бы разрешен конфликт, но это требовало бы использования очень тонких юридических инструментов...

— А облсуд о них не задумывался: он всего лишь думал, как ему помочь пострадавшему Суздалову. О том, что тем самым он создает проблему для всех окружающих, судьи на тот момент не задумывались. В итоге сейчас — «благодаря» тому самому решению облсуда — у Суздалова есть ложное мнение о том, что он может жить в этом доме до конца жизни, у приобретателей дома — проблемы с использованием их покупки, у судов — еще куча новых процессов. А все от того, что, рассматривая дело в 2017 году, судьи «за деревьями не видели леса».

Как пояснил юрист, на сегодня никаких решений суда в отношении нынешних собственников дома в пользу Суздалова не вынесено. Сейчас Александр может предъявлять иск к нынешнему собственнику.

Если вы попали в сложную ситуацию связанную с вашей недвижимость, то возможно вам помогут материалы из нашей рубрики «Квартирный вопрос». Мы рассказывали, когда лучше продавать жилье и как грамотно повысить на него цену, как договориться с банком, если вам больше нечем платить ипотеку, что делать, если в новостройке мерзнут окна и растет плесень. Помогали понять, на что обращать внимание, выбирая застройщика или покупая вторичку. А также делились инструкциями, как получить бесплатную квартиру или земельный участок.

Источник: https://www.e1.ru

Поразительно, насколько сдвинуто и инфантильно правовое сознание персонажа. Насколько нужно быть наивно-криминальным, чтобы добровольно ограничить себя в праве владения и распоряжения своей собственностью, а после еще и требовать восстановления этого права. Фактически он пытается получить двойную выгоду от своего имущества, что и составляет основу корыстного мотива его криминогенного комплекса, но у его экс-супруги правовое сознание ненаивно-криминальное.



Также на тему "Ликвидация правовой безграмотности."